так и мы с тобой. для тебя любовь – полное растворение друг в друге, перемешивание идей, взглядов, привычек, чтобы уже не разобраться, где чье. а для меня – возможность спокойно жить, зная, что ты рядом. и не бояться, что ты либо начнешь лезть ко мне под кожу, либо удерешь куда-нибудь за тридевять земель, потому что промежуточные варианты тебе неведомы. поэтому имей ввиду: когда ты говоришь мне о любви, а я тебе отвечаю “я тоже”, ни о каком “тоже” речь не идет. мы говорим о совершенно разных вещах. и каким образом мы эти самые разные вещи умудряемся назвать одним словом – вот это действительно загадка. вот этого я действительно не понимаю. я тебя очень прошу, не говори мне про любовь. я слышать про твою любовь не могу. пойми уже наконец, когда ты говоришь: «я тебя люблю», так ты в эти слова один смысл вкладываешь, а я совсем другой смысл из них извлекаю. как будто ты кладешь в шляпу апельсин, а я из нее достаю кролика. а ты меня потом спрашиваешь: ну как, вкусно? и я сразу в ужасе: мне что, его убить нужно? и съесть? а я его, наоборот, морковкой кормлю, и у него нос шевелится, и уши розовые просвечивают на солнце. а ты, ну так, между прочим, предлагаешь: давай я тебе его почищу. я это себе представляю, и мне сразу дурно делается. тошнит, голова кружится. ну ладно, говорю, почисть… и ухожу из дома, чтобы этого не видеть. возвращаюсь через час, а ты сидишь в кресле, весь пол в апельсиновых шкурках, а кролика нет нигде. ты мне вкладываешь в рот дольку апельсина, и меня немедленно рвет от вкуса свежей крови. я думаю: убийца. ты думаешь: истеричка

Реклама